Лихтенберг, Георг Кристоф цитаты

Книга — это зеркало; и если в него смотрится обезьяна, то из него не может выглянуть лик апостола.

Когда книга сталкивается с головою и при этом раздается глухой пустой звук, разве всегда виновата книга?

Книгой следовало бы, собственно, называть лишь ту, которая содержит нечто новое, все прочие — лишь средство быстро узнать, что уже сделано в той или иной области. 2

Несомненный признак всякой хорошей книги — это тот, что она нравится тем больше, чем человек становится старше.

Быть человеком — значит не только обладать знаниями, но и делать для будущих поколений то, что предшествовавшие делали для нас.

Ни на один день не уклоняться от своей цели — вот средство продлить время, и притом очень верное средство, хотя пользоваться им и нелегко.

Самая опасная ложь — это истины, слегка извращенные. 2

Не удивительно ли, что люди так часто воюют за религию и так редко живут по ее предписанию?

Очень важное значение имеет, как что-нибудь говорится; я думаю, что самые обыкновенные вещи можно сказать так, что многие подумают: уж не сам ли дьявол внушил их говорящему.

Девиз: стремиться найти истину — заслуга, если даже на этом пути и блуждаешь.

Самые здоровые и красивые, пропорционально сложенные люди — это те, которых ничего не раздражает.

Как мало друзей остались бы друзьями, если бы они могли полностью узнать мысли друг друга.

Ум человека можно определить по тщательности, с которой он учитывает будущее или исход дела.

Ничто не старит так скоро, как неотвязная мысль, что стареешь.

Отыскивать маленькие недостатки — издавна свойство умов, которые мало или вовсе не возвышались над посредственностью. Возвышенные умы молчат или же возражают против целого, а великие умы творят сами, никого не осуждая.

Люди, которым всегда некогда, обыкновенно ничего не делают.

Рабский поступок — не всегда поступок раба.

Причина того, что люди так мало запоминают прочитанное, заключается в том, что они слишком мало думают сами.

Муха, которая не желает быть прихлопнутой, безопасней всего чувствует себя на самой хлопушке.

Девушка, открывающая душу и тело своему другу, открывает таинства всего женского пола.

Он написал восемь томов. Было бы безусловно лучше, если бы он посадил восемь деревьев или родил восемь детей.

Характер человека никогда нельзя понять вернее, чем по той шутке, на которую он обижается.

Следует стремиться увидеть в каждой вещи то, чего еще никто не видел и над чем еще никто не думал.

Там, где прежде были границы науки, там теперь ее центр.

Изучай все не из тщеславия, а ради практической пользы.

Пытаться сделать все сразу — значит ничего не сделать.

Великих мира сего часто упрекают, что они не сделали всего того хорошего, что могли бы сделать. Они могут возразить: «Подумайте-ка о всем том зле, которое мы могли бы причинить».

Родители, которые замечают, что сын хочет стать поэтом, должны пороть его до тех пор, пока он либо не бросит стихоплетства, либо не станет великим поэтом.

Самая занимательная для нас поверхность на земле — это человеческое лицо.

Склонность людей считать незначительные вещи значительными породила немало значительного.

Наши слабости нам уже не вредят, когда мы их знаем.

В характере каждого человека есть нечто такое, чего нельзя сломать: это костяк характера.

Влюбленный в самого себя в своей любви имеет, по крайней мере, то преимущество, что у него никогда не будет много соперников.

Человек любит общество, будь это даже общество одиноко горящей свечки.

Публику, когда она хвалит нас, всегда считают компетентным судьей. Но как только она нас порицает — признают неспособной говорить о произведениях ума.

Рецензенты имеют право не только говорить людям в глаза, что они дураки, но даже доказывать им это.

Всякая беспартийность искусственна. Человек всегда партиен и глубоко прав в этом. Сама беспартийность партийна.

Заставить умных людей поверить, что ты являешься не тем, кем ты являешься на самом деле, во многих случаях трудней, чем стать действительно тем, кем желаешь казаться.

Два всадника, сидя на одном коне, дерутся друг с другом — прекрасная аллегория государственного устройства!

Чтобы поступать справедливо, нужно знать очень немного, но чтобы с полным основанием творить несправедливость, нужно основательно изучить право.

Он постоянно делал выписки, и все, что он читал, переходило из одной книги в другую, минуя голову. 1

Поистине многие люди читают только для того, чтобы иметь право не думать.

Каждый человек имеет свою особенную манеру ошибаться, тем более что ошибки заключаются часто в неправильно понятой точности.

Большинство людей больше живет по моде, чем по разуму.

Знатоки науки никогда не бывают гордыми; напротив, надутыми от гордости становятся лишь те, кто, не имея способностей развивать науку сами, занимаются популяризацией ее темной истории или же горазды рассказывать все, что сделали другие.

В слове «ученый» иногда заключено лишь понятие того, что человека многому учили, но не то, что он сам чему-то научился.

Быстрое накопление знаний, приобретаемых при слишком малом самостоятельном участии, не очень плодотворно. Ученость также может родить лишь листья, не давая плодов.

Некоторые ученые накапливают знания только для того, чтобы хвалиться ими.

Есть люди, которые полагают, что все, что делается с разумным видом, разумно.

Мы, правда, уже не сжигаем ведьм, но зато сжигаем каждое письмо, в котором содержится полная правда.

Тот факт, что многие ищут истину и не находят ее, объясняется, вероятно, тем, что пути к истине, подобно дорогам в ногайской степи, ведущим от одного места к другому, столь же широки и длинны.

Есть люди, которые рождаются со влечением ко злу.

Старайся не быть ниже своей эпохи.

Постоянно оказывается, что так называемые «дурные люди» от более основательного изучения их выигрывают, а «хорошие» от этого теряют.

Для шума выбирают маленьких людей — барабанщиков.

Лучший способ хвалить живых и умерших — это извинять их слабости; но только не приписывать им добродетелей, которыми они не обладали, это все портит и даже истинное делает подозрительным.

Пусть тебя слишком не огорчает незаслуженное порицание; зато ведь и хвалят тебя иной раз ни за что.

Скрывая свои недостатки, лучше не станешь; наш авторитет выигрывает от той искренности, с которой мы признаем их.

Там, где умеренность — ошибка, там равнодушие — преступление.

Есть люди, которые не начнут слышать, прежде чем им не отрежут уши.

Неукротимое честолюбие и недоверчивость я встречал всегда вместе.

Гордость — благородная страсть — не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Это старое правило, что человек, когда захочет, может казаться скромным; но скромный человек не может казаться бесстыдным.

Бывает состояние... когда присутствие и отсутствие любимого человека одинаково трудно вынести; во всяком случае, в его присутствии не испытываешь того удовольствия, которого можно было бы ожидать, страдая от его отсутствия.

Поучение находишь в жизни чаще, чем утешение.

Слушатели часто считают себя убежденными там, где их только заговорили.

Не следует доверять человеку, который, утверждая что-либо, кладет руку на сердце.

«Хороший тон» находится октавой ниже.

Заурядный человек всегда приспосабливается к господствующему мнению и господствующей моде, он считает современное состояние вещей единственно возможным и относится ко всему пассивно.

Я знаю мину показного внимания: это самая глубокая степень рассеянности.

Прежде чем осудить, всегда надо подумать, нельзя ли найти извинение.

Единственное, что было в нем мужественного, он не мог обнаружить из-за приличий.

После того как Бога признало сердце, т.е. страх, его начал искать и разум, подобно тому, как бюргеры ищут привидений.

Люди, очень много читавшие, редко делают большие открытия; следует больше видеть самому, чем повторять чужие слова.

Во многих сочинениях знаменитого писателя я бы охотней прочитал то, что он вычеркнул, чем то, что он оставил.

В мире было лишь два человека, которых он нежно любил: первый — самый большой его льстец, второй — он сам.

Остротами и причудами следует пользоваться так же осторожно, как и всеми вещами, способными ржаветь.

Красивые птицы поют хуже других. То же относится к людям. В вычурном стиле не стоит искать глубокую мысль.

Перемудрить — это один из самых позорных видов глупости.

Можно порицать ошибки великого человека, но не следует из-за них порицать и самого человека.

Великие люди тоже ошибаются, и некоторые из них так часто, что почти впадаешь в искушение считать их людьми незначительными.

Многие скорее считают добродетелью раскаяние в ошибках, чем старание их избежать.

Ничто так не способствует душевному спокойствию, как полное отсутствие собственного мнения.

С остроумием дело обстоит, как с музыкой: чем больше ее слушаешь, тем более тонких созвучий желаешь.

Общение с разумными людьми надо очень рекомендовать каждому именно потому, что дурак таким образом из подражания привыкает поступать умно.

Слово «трудность» совершенно не должно существовать для творческого ума.

Учить разуму и быть разумным — совсем разные вещи.

Общепризнанные мнения о том, что каждый считает делом давно решенным, чаще всего заслуживают исследования.

Не следует ложиться спать прежде, чем не скажешь себе, что за день ты чему-то научился. То, что понимаю я под словом «научился», это стремление раздвинуть границы нашего научного и какого-либо иного полезного знания.

Нам следовало бы стремиться познавать факты, а не мнения, и, напротив, находить место этим фактам в системе наших мнений.

Кто не понимает ничего, кроме химии, тот и ее понимает недостаточно.

Золотое правило: судить о человеке не по его мнениям, а по тому, что делают из него эти мнения.